Слово «Третий» здесь — не порядковый номер в партии, а обозначение состояния: первый был пробой материала, второй — ошибкой масштаба, а третий — тот самый миг, когда инструмент перестал быть инструментом и стал продолжением молчания между ударами метронома. Это просто точка сборки, за которую держится взгляд, когда понятия «вертикаль» и «горизонт» окончательно теряют смысл, оставляя лишь чистый вес металла на уровне ключиц.