Когда жизнь перегнула палку, а кошелёк перегнулся пополам, он повесил на шею крошечный кулон — не крестик, не иероглиф «счастье», а миниатюрный тумблер с гравировкой «вкл/выкл», чтобы радость не фонила, а горе не добивало. И теперь, переключая его на людях в положение «эконом-режим», он с лёгкой грустью истинного философа замечает, что окружающие сами доплачивают за его скромность, принимая её за глубокую интеллигентность.