Когда календарь костром инквизиции жжёт бархатный сезон, а в груди ещё тлеет неприкосновенность личности, этот крест распускается мелкими белыми цветами — не от покаяния, а от того, что воздух вокруг становится гуще вины. Потому что именно третьего числа любая деревяшка, прибитая к сердцу гвоздём «я больше не буду», начинает преть и давать завязи, если поливать её исключительно слезами утреннего раскаяния и вечерними обещаниями.